Прочитав повесть в 89 году я подумал что это очередная антиутопия отечественного разлива поэтому на сюжете не концентрировался и просто получал удовольствие от Гуслярского цикла. Однако сегодня стало понятно что автор оказался пророком: он не только предсказал рост нашего сами знаете кого но даже назвал две первые буквы его фамилии.